Оборона Киева. Планы и реальность

ВОЙНА! К ней готовились, её ждали. В Красной Армии к началу войны имелось 303 дивизии и 22 бригады, из которых в западных военных округах (ЛенВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО) размещались 166 дивизий и 9 бригад. В них насчитывалось 2,9 млн. человек, 32,9 тыс. орудий и миномётов (без 50-миллиметровых миномётов), 14,2 тыс. танков, 9,2 тыс. боевых самолётов. Это немногим более половины всего боевого и численного состава Красной Армии и Военно-Морского флота. А в общей сложности к июню 1941 года в армии и на флоте в наличии было: 4,8 млн. человек личного состава, 76,5 тыс. орудий и миномётов (без 50-миллиметровых миномётов), 22,6 тыс. танков, около 20 тыс. самолётов. Кроме того, в формированиях других ведомств, состоявших на довольствии в НКО, находилось 74 944 человека; в войсках на «Больших учебных сборах» – 805264 военнообязанных, которые с объявлением мобилизации были включены в списочную численность войск. Из 22,6 тыс. танков к началу войны Красная Армия имела и новые машины. Как пишет генералмайор В. С. Рябов: «В короткие сроки конструкторские коллективы, возглавляемые Ж. Котиным, М.Кошкиным, А. Морозовым и Н. Кучеренко, создали новые образцы могучих и маневренных танков – КВ и Т-34, равных которым не было в мире. К началу войны было выпущено 2083 новых машин, а всего за 1939 – первую половину 1941 года произведено 7,6 тыс. танков».
Вооружённые силы Германии перед нападением на Советский Союз насчитывали 8,5 млн. человек. В немецких сухопутных войсках (5,2 млн. человек) было 179 пехотных и кавалерийских, 35 моторизованных и танковых дивизий и 7 бригад. Из них против СССР были развёрнуты 119 пехотных и кавалерийских (66,5 %), 33 моторизованных и танковых (94,3 %) дивизий и две бригады. Кроме того, у границ Советского Союза приводились в боевую готовность 29 дивизий и 16 бригад союзников Германии – Финляндии, Венгрии и Румынии. Всего в восточной группировке войск Германии и её союзников насчитывалось 5,5 млн. человек, 47,2 тыс. орудий и миномётов и около 5 тыс. боевых самолётов. На вооружении вермахта находились также трофейные танки Чехословакии и Франции. На момент нападения на СССР немецкие войска в своём составе имели: – лёгких танков: Т-I – 180 шт., Т-II – 746 шт., 35-t – 149 шт., 38-t – 623 шт. (всего лёгких танков – 1698 шт.); – штурмовых орудий – 250 шт. Всего танков и штурмовых орудий вермахта – 3452 шт. Танков и штурмовых орудий сателлитов – 260 шт. Общее количество танков и штурмовых орудий – 3712 шт. (Военно-исторический журнал № 5. 2003. Статья А. Лобанова «Танки и танковые дивизии вермахта на границах СССР 22 июня 1941 года»). Действующая армия Германии, исходя из опыта войн в Западной Европе, во второй половине 30-х годов XX века организационно состояла из: – групп армий; – полевых армий; – танковых групп, позднее получивших наименование танковых армий; – армейских и моторизованных корпусов, ряд из которых переименовывался в танковые. Все эти структуры были переменными. Боевой состав войск и их численность определялись накануне войны, а в ходе её – при планировании новых операций – в зависимости от сложности и важности задач, которые предстояло им решать.

Военно-воздушные силы Германии делились на воздушные флоты, взаимодействовавшие с группами армий или отдельными армиями и предназначенные для их прикрытия и поддержки в ходе операций. Воздушные флоты также были непостоянного состава. В Красной Армии с началом войны действующей армией становились войска приграничных военных округов, переименованных во фронты. В состав фронтовых объединений включались общевойсковые армии, стрелковые корпуса, входившие в армии или предназначавшиеся для самостоятельных действий. Боевой состав и численность корпусов не были одинаковыми и зависели от важности решаемых ими боевых и оперативных задач. В штатных структурах вооруженных сил Германии, её союзников и СССР имелись дивизии: стрелковые (пехотные), кавалерийские, танковые, моторизованные и др. Главной особенностью этих формирований было то, что они представляли собой основные тактические боевые единицы. В практике немецкого командования дивизия, потерявшая в бою 50% личного состава, номер свой сохраняла, но числилась как боевая группа. Дивизия, потерявшая в бою две трети своего состава, также сохраняла номер, считалась остатками дивизии и в боевом отношении составляла одну треть полноценной дивизии. Бригады по своему боевому составу составляли 50% полнокровной дивизии. Штатно-организационная структура пехотной, танковой, моторизованной дивизий немецкой армии показана в Приложениях 2–4.
• • •
Основным театром возможных военных действий для Красной Армии считался западный, где и предусматривалось стратегическое развертывание главных сил. В зависимости от обстановки здесь предполагалось спланировать развёртывание по двум вариантам: к югу или к северу от Брест-Литовска. В первом случае задачей Красной Армии было нанесение мощного ответного удара в направлении Люблина, Кракова и далее на Бреслау с целью отрезать Германию от балканских стран, лишить её экономических баз, в первую очередь румынской нефти, и не допустить участия балканских государств в войне. По второму варианту войска Красной Армии должны были нанести ответный удар главным силам германской армии в пределах Восточной Пруссии и овладеть ею. В обоих случаях предусматривалось создание четырёх фронтов: Северного, Северо-Западного, Западного и Юго-Западного, на формирование которых выделялись Ленинградский военный округ, Прибалтийский, Западный, Киевский Особые военные округа. Одесский округ должен был сформировать 9-ю армию, которую предполагалось включить в состав Юго-Западного фронта, где создавалась основная группировка войск. Позднее на базе Одесского округа планировалось развернуть Южный фронт. И такие фронты секретным Постановлением Политбюро в феврале 1941 года были созданы.

Секретное Постановление Политбюро.
Особая папка От 19 февраля 1941 г.
О развертывании фронтов на базе пограничных военных округов

На базе Ленинградского военного округа, Прибалтийского Особого военного округа, Западного Особого военного округа и Киевского Особого военного округа создать и развернуть фронты и фронтовые штабы. …Созданные фронты отныне именовать соответственно: 1. На базе ЛВО – Северным фронтом. 2. На базе ПБОВО – Северо-Западным фронтом. 3. На базе ЗОВО – Западным фронтом. 4. На базе КОВО – Юго-Западным фронтом. Командующими фронтами назначить: Cеверо-Западным фронтом: генерал-полковника Локтионова Александра Дмитриевича; начальником штаба фронта – генерал-лейтенанта Клёнова Петра Семёновича… Западным фронтом: генерала армии Павлова Дмитрия Григорьевича; начальником штаба – генерал-майора Кимовских Владимира Ефимовича… Юго-Западным фронтом: генерал-полковника Кирпоноса Михаила Петровича; начальником штаба – генерал-лейтенанта Пуркаева Максима Алексеевича…
… В связи с абсолютной секретностью указанного мероприятия окружная система полностью сохраняется и передаётся заместителю командующего фронтом по территориальному управлению, который после ухода войск фронта с указанной территории вступает в полные права командующего тыловым военным округом. Поскольку фронтовые и окружные штабы будут решать принципиально различные задачи и во избежание неизбежной путаницы и беспорядка, развернуть фронтовые штабы отдельно от окружных. Заместителями командующих фронтами по территориальному управлению назначить: 1. На Северо-Западном фронте: генерал-лейтенанта Сафронова Евгения Петровича, освободив его от должности начальника Управления тыла Красной Армии. Штаб территориального управления (округа) остаётся в Риге. Штаб Северо-Западного фронта развёртывается в Паневежисе… 2. На Западном фронте: генерал-лейтенанта Курдюмова Владимира Николаевича, освободив его от должности начальника Управления боевой подготовки Красной Армии. Штаб территориального управления (округа) остаётся в Минске. Штаб Западного фронта развёртывается в районе ж/д станции Лесная. 3. На Юго-Западном фронте: генерал-лейтенанта Козлова Дмитрия Тимофеевича, освободив его от должности начальника Управления ПВО Красной Армии. Штаб территориального управления (округа) остаётся в Киеве. Штаб фронта развёртывается в Тернополе…
Именно здесь, к югу от Брест-Литовска, должна была сосредоточиться главная группировка советских войск в составе 120 дивизий. Севернее от Брест-Литовска планировалось сосредоточить 76 дивизий. На смоленско-московском направлении – 44 дивизии, резерв Главного Командования в составе 19 дивизий – вокруг Москвы. Исходя из предвоенных взглядов, считалось, что в первые часы войны развернутся воздушные сражения за завоевание господства в воздухе с одновременными ударами авиации по аэродромам, районам сосредоточения войск и стратегическим объектам в тылу. В то же время начнутся приграничные сражения наземных войск. Главная задача армий прикрытия, военно-воздушных сил и войск ПВО заключалась в отражении наступления противника, обеспечении условий для завершения мобилизации приграничных военных округов (первого стратегического эшелона) и внутренних округов, сосредоточения и развёртывания сил на театрах военных действий. Стрелковым войскам армий прикрытия отводилась задача по сдерживанию наступающего противника, а механизированные корпуса и резервы округов должны были нанести контрудары по основным группировкам врага и совместно со стрелковыми войсками разгромить их. Тем самым создавались условия для перехода в решительное наступление, которое должно было начаться с подходом войск из внутренних военных округов. Исходя из этих теоретических предпосылок, в округах разрабатывались планы оперативно-стратегического использования. Прикрытие развёртывания Вооружённых Сил являлось важнейшей задачей приграничных военных округов и осуществлялось в соответствии с «Планом обороны государственной границы на 1941 г.», разработанным Генеральным штабом. В начале мая 1941 года его основные положения были доведены директивами Наркома обороны до командующих войсками округов. В Киевский Особый военный округ директива была направлена 5 мая. До 25 мая 1941 г. приказывалось разработать новые планы обороны государственной границы. Они должны были также иметь планы противовоздушной обороны, а на случай вынужденного отхода – планы эвакуации фабрик, заводов, банков, хозяйственных предприятий, правительственных учреждений, военного и государственного имущества. К сожалению, ни в одних из вышедших воспоминаний и мемуарной литературе нет упоминания о таких планах. И, судя по тому, как проходила сама эвакуация, можно сделать вывод, что их и не было (эвакуировались, как известно, стихийно, в спешке). Приграничным военным округам, которые прикрывали границу, ставились следующие задачи: – не допустить вторжения как наземного, так и воздушного противника на территорию СССР; – упорно оборонять укрепления по линии государственной границы, при этом прочно прикрывать отмобилизование, сосредоточение и развёртывание войск; – противовоздушной обороной и действиями авиации обеспечить нормальную работу железных дорог, сосредоточение личного состава и боевой техники; – все виды разведки обязаны были своевременно определить характер сосредоточения и группировку войск противника; – авиация должна быть активной в завоевании господства в воздухе и мощными ударами по основным железнодорожным узлам, местам и группировкам войск нарушать и задерживать сосредоточение и развертывание войск противника. Не допускать сбрасывания и высадки на территории округа его воздушных десантов и диверсионных групп. Вот такие общие задачи ставились каждому приграничному округу. В частности, Одесскому округу, кроме этих задач, дополнительно было указано: во взаимодействии с Черноморским флотом не допустить высадки морских десантов противника на Черноморском побережье. В Киевском Особом военном округе план должен был вводиться в действие по сигналу. Для объявления тревоги по телефону устанавливался определённый текст в двух вариантах: вариант № 1 – «Примите меры. Пароль «Киев»; вариант № 2 – «Срочно примите меры. Пароль «Москва». При получении любого из вариантов дежурный по соединению или части был обязан немедленно поднять личный состав по тревоге и доложить об этом командованию, а также проконтролировать выход частей в районы сборов и выделение команд для охраны и обороны объектов. Кроме того, в обязанность дежурного входило выставление дозоров, проверка готовности постов ВНОС и средств ПВО. Войска (как по первому, так и второму варианту) выходили с оружием, сосредоточивались и через 10 минут бегом отправлялись в районы сбора. А личный состав, связанный с материальной частью и погрузкой, направлялся к паркам, складам и приступал к погрузке имущества на машины. Так планировалось, но в этих планах было больше наступательного, чем обороны. Как указывает военный историк Махмут Ахметович Гареев, «невыгодное положение советских войск усугублялось тем, что войска пограничных военных округов имели задачи не на оборонительные операции, а лишь на прикрытие развёртывания войск». По справедливому мнению того же Гареева, «идея непременного перенесения войны в самом её начале на территорию противника (причём идея, не обоснованная ни научно, ни анализом конкретной обстановки, ни оперативными расчётами) настолько увлекла некоторых руководящих военных работников, что возможность ведения военных действий на своей территории практически исключалась. Конечно, это отрицательно сказалось на подготовке не только обороны, но и в целом театров военных действий в глубине своей территории». Данный вывод подтверждают и опубликованные документы по планам прикрытия. Анализ воспоминаний участников боевых действий о начальном периоде войны, а также других архивных документов свидетельствует, что на случай войны в штабах округов были разработаны соответствующие оперативные планы и планы прикрытия государственной границы. Последние в округах весной 1941 года уточнялись дважды – в марте и апреле. Переработка планов была вызвана изменением состава войск приграничных округов в связи с прибытием в них ряда новых соединений из глубины страны. Характерная черта планов прикрытия состояла в том, что они исходили из такого варианта начала войны и создавшейся обстановки, при котором удаётся без помех со стороны вероятного противника выдвинуться к границе, занять назначенные полосы прикрытия, подготовиться к отражению нападения, провести отмобилизование. Поэтому объединения и соединения округов делились на два эшелона; в первый входили войска, расположенные в глубине. Если бы войска прикрытия действительно готовились к отражению ударов противника, то, по мнению М. А. Гареева, это «означало, что приграничные военные округа должны иметь тщательно разработанные планы отражения вторжения противника, то есть планы оборонительных операций, так как отражение наступления превосходящих сил противника невозможно осуществить мимоходом, просто как промежуточную задачу. Для этого требуется ведение целого ряда длительных ожесточённых оборонительных сражений и операций. Если бы такие планы были, то в соответствии с ними совсем подругому строилось бы управление и осуществлялось эшелонирование материальных запасов и других мобилизационных ресурсов. Готовность к отражению агрессии требовала также, чтобы были не только разработаны планы оборонительных операций, но и в полном объёме подготовлены эти операции, в том числе в материальнотехническом и инженерном отношениях, чтобы они были освоены командирами и штабами. Совершенно очевидно, что в случае внезапного нападения противника не остаётся времени на подготовку таких операций. Но этого не было сделано в приграничных военных округах. И даже в теории и практике оперативной подготовки в штабах и академиях оборона отрабатывалась далеко не так, как пришлось её вести в 1941–1942 гг., а как вид боевых действий, к которому прибегают на непродолжительное время и на второстепенных направлениях с тем, чтобы отразить нападение противника в короткие сроки и самим перейти в наступление». Накануне войны в какой-то момент было упущено из виду то важнейшее обстоятельство, что в случае начала военных действий и в политическом и в военном отношении нельзя исходить только из собственных пожеланий и побуждений, не учитывая, что противник будет стремиться делать всё так и тогда, когда это удобно и выгодно ему. Как считает автор ряда военно-исторических трудов полковник Виктор Александрович Анфилов, «группировка войск, создававшаяся в Западном и Киевском военных округах к лету 1941 г., в значительной мере была подчинена наступательным задачам, которые предполагалось решать сразу же после отражения вражеского удара. С этой целью крупные силы сосредоточивались в белостокском и

Як 1-Б на аэродроме

львовском выступах. В случае своевременного развёртывания войск прикрытия эти группировки, основу которых составляли механизированные корпуса, могли сыграть большую роль в разгроме вклинившихся на этих направлениях соединений противника. Но при необеспеченности оснований указанных выступов, особенно белостокского, войска, находившиеся в нём, сами могли оказаться в тяжёлом положении, как это показала январская (1941 г.) оперативно-стратегическая игра». Поскольку стратегической оборонительной операции не планировалось, в директивах и планах была дана установка: «При благоприятных условиях всем обороняющимся войскам и резервам армий и округа быть готовыми по указанию Главного Командования к нанесению стремительных ударов для разгрома группировок противника, перенесению боевых действий на его территорию и захвата выгодных рубежей». Как видно, выводы в этих документах являются «логическим продолжением стратегического плана войны», который предусматривал активные наступательные действия Красной Армии.
• • •
Руководство войсками Юго-Западного фронта должно было осуществляться из командного пункта в г. Тарнополь (наименования города Тернополь было введёно Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 августа 1944 года). Для этого ещё в начале 1941 года в городе началось строительство подземного командного пункта, но к апрелю 1941-го стройка не была закончена. Об этом Военный совет округа докладывал начальнику Генштаба Красной Армии.

Записка Военного совета КОВО начальнику Генштаба Красной Армии генералу армии Г. К. Жукову

№ А1-00209 [не позднее 12 апреля 1941 г.]

Совершенно секретно. Особой важности. Экз. № 1

Постройка подземного командного пункта в г. Тарнополь не закончена. Тарнополь – небольшой город, без каких-либо естественных укрытий с воздуха и является поэтому весьма удобным объектом для авианападения. Кроме того, близость расположения этого пункта от наиболее угрожаемых участков госграницы (Сокаль – Тарнополь 140 км и Черновцы – Тарнополь 170 км) при относительно небольшом успехе противника, в период ведения нами операции прикрытия, может создать невыгодные условия для непрерывного управления войсками. Исходя из этих соображений, Военный совет округа просит разрешения впредь до готовности подземного командного пункта в г. Тарнополь на период прикрытия расположить командный пункт Командующего войсками в г. Новоград-Волынский. В военном городке этого города имеется железобетонный командный пункт армейского типа, который позволяет разместить в нем Военный совет, оперативный отдел и основную часть узла связи. Для размещения остальной части управления округа с успехом можно использовать казармы военного городка. Имеющийся парк и рассосредоточенное расположение казарм городка позволяют тут же вблизи от помещений отрыть необходимое количество щелей для укрытия личного состава в периоды воздушного нападения. На случай интенсивных авианападений имеется возможность создать запасной командный пункт в Гульске (12 км ю[го]-з[западнее] Новоград-Волынского), где для этой цели можно использовать две подземные мины Новоград-Волынского УР. В последних можно разместить Военный совет, оперативную группу штаба округа с начальниками родов войск, штаб ВВС в сокращенном составе и полностью узел связи. Военный совет считает, что наличие благоприятных условий размещения командного пункта в Новоград-Волынском и более глубокое его расположение от угрожаемых участков госграницы при имеющихся хороших путях сообщения с армиями вполне обеспечат бесперебойное управление войсками при любом колебании линии фронта.

Командующий войсками КОВО Генерал-полковник Кирпонос

Член Военного совета КОВО Корпусной комиссар Вашугин

Начальник штаба КОВО Генерал-лейтенант Пуркаев

Машинопись на бланке «НКО СССР. Командующий войсками Киевского Особого военного округа». Документ отпечатан полковником Баграмяном. Г. К. Жукова: «т. Ватутину. Заготовить шифротелеграмму следующего содержания: Основной к/п иметь в районе Тарнополя. Запасной не возражаю Новоград-Волынский. Подг от ов ить к переходу на ком. пункт 12.04.41 г.» и Н. Ф. Ватутина: «Лично т. Анисову. Исполнено. Указания даны. 16.06.41 г.»

Указания Жукова в отношении командного пункта КОВО были выполнены, и начало боевых действий штаб округа встретил в городе Тернополе. 16 мая в КОВО заслушивается доклад начальника инженерного управления генерал-майора А.Ф.Иль- ина-Миткевича по вопросу строительства командного пункта в Тернополе. Утверждается график работ, принимается решение о формировании отдельного строительного участка для их выполнения. Ближайшей стратегической задачей войск Юго-Западного фронта был «разгром во взаимодействии с 4-й армией Западного фронта вооруженных сил Германии в районах Люблин, Томашув, Кельце, Радом и Жешув, Ясло, Краков и выход на 30-й день операции на фронт р. Пилица, Петроков, Оппельн, Нейштадт, отрезая Германию от её южных союзников. Одновременно прочно обеспечить госграницу с Венгрией и Румынией. Ближайшая задача – во взаимодействии с 4-й армией Западного фронта окружить и уничтожить противника восточнее р. Висла и на 10-й день операции, выйдя на р. Висла, развивать наступление в направлении на Кельце, Петраков и на Краков». Соответственно, Западный фронт имел задачу «ударом левофланговой 4-й армии в направлении Дрогочин, Седлец, Демблин содействовать Юго-Западному фронту в разгроме люблинской группировки противника и на 15-й день операции выйти на р. Висла. В дальнейшем наступать на Радом». Операция Юго-Западного фронта была разбита на три этапа. Первый этап: «оборона на укрепленном рубеже по линии госграницы «с задачей» не допустить вторжения противника на советскую территорию, а вторгнувшегося уничтожить и обеспечить сосредоточение и развертывание армий фронта для наступления», то есть эта операция была спланирована для прикрытия границы. Второй этап: «наступление для выполнения ближайшей задачи фронта на глубину 120-130 км. Причем предусматривалось наступление с утра 30-го дня мобилизации». Третьим этапом операции было «завершение выполнения ближайшей стратегической задачи фронта» на глубину до 250 км. Для этого отводилось 20 дней. В данном случае главный удар наносился силами 6-й, 12-й, 26-й и конно-механизированной армий в направлении Катовице-Краковского района. Остальные армии фронта обеспечивали это наступление с фронта Варшава – Лодзь и вдоль границы Чехии, Словакии, Венгрии и Румынии, где должен быть создан новый фронт. «При разгроме главных сил противника восточнее р. Висла фронт переходит к преследованию в общем направлении главных сил в район Катовище – Краков. В первом эшелоне фронта – подвижные соединения. Стрелковые соединения, усиленные танками и артиллерией, в свою очередь, наступают во вторых эшелонах в готовности отразить контрудары и сломить противника к сопротивлению». Как видно, округ не собирался переходить к обороне, а поскольку ведение оборонительных операций не предусматривалось, войска первого эшелона армий прикрытия получили чрезмерно широкие полосы прикрытия на границе. Так, в ПрибОВО на дивизию приходилось 33 км, в ЗапОВО – 47 км, в КОВО – 50 км, в ОдВО – 90 км. Это не предусматривалось никакими нормами, согласно которым ширина фронта дивизии должна была составлять 8–10 км. Полосы армий насчитывали в среднем 170–176 км вместо 80–100 км по предвоенным взглядам. Столь же растянутыми были и полосы прикрытия стрелковых корпусов: 84–92 км вместо установленных 20–25 км. Стрелковым полкам отводилось 16–32 км вместо 2–4 км.

Продолжение в части 2

Статья из книги «Оборона Киева. КиУР 1941»

© Издательство «Скай Хорс», 2011

© В. Павлик



0

Ваша корзина

%d такие блоггеры, как: